Выезжаешь из Москвы за тысячи километров – сменить наконец картинку и персонажей. А по-прежнему видишь хоть и побережье, к примеру, Черного моря – но с русскоговорящим населением, подозрительно напоминающим знакомых. пли та же пбица. пли Гоа. Спрашивается, зачем тогда уезжать и что получить взамен осиротевшей Москвы? Шум прибоя – остального всего в избытке, ровно того же, что найдешь и в столице.

Морской берег обещает удивить новыми лицами и невероятными концертными площадками. Но разница лишь в природных изменениях, а в клубных и развлекательных вопросах ничего нового. Даже и меньше. Присматриваешься – а на концертной площадке играет резидент столичного клуба "Джусто". Внезапно заденет плечом московский художник, лица которого в самой столице при дневном свете не видел лет пятнадцать…

В Москве, городе "с бледно-голубым небом" (а ночным жителям и этого увидеть не дано) прибой услышать можно только в записи, зато развлечений куда больше, чем песка на любом пляже.

Праздношатающимся гражданам все равно, в какой день недели выбраться на тусовку, для них будние дни - это когда нет пати. Поэтому в пятницу или субботу найти, где поклубиться, – не вопрос, а вот в середине недели не блуждать по пустым клубам – право и привилегия верных слуг андерграунда.

Москва – это то место, где тусить можно абсолютно в любой из дней недели. Правда, есть одно неформальное место, в котором ведут все-таки пятничные пати – свежеоткрывшийся музей современного искусства ART4, где после полуночи шампанское рекой, диджеи сразу у входа и стиль одежды – глубокие 80-е. Жанна Агузарова, Андрей Бартенев, Эндрю Логан или Оля Солдатова – слезоточивые феи и фрики, украшающие или ужасающие своим видом не менее, чем картины из коллекции музея. Пугающе юные мальчики с электрогитарами и челками, в кедах и узких джинсах – привет из кинофильма "Курьер". Довольно забавный способ скоротать пятничный вечерок.

Каждую среду можно видеть, как девушка с северным именем Хельга демонстрирует виртуозное чувство ди-джейского пульта в ориентированном на восток чайном клубе-галерее "Шанти". Там часто можно видеть пару – темноволосая девушка и яркий блондин являют собой отличное шоу. Она поет мантры, наложенные на дип-техно бит Хельги, он пляшет под это безумие, будто в последний раз.

В океане музыки привлекательней всего кажется "пкра" со своими задорными мотоциклетными ритмами электро-мьюзик. По количеству "выписываемых" звезд клуб не уступает западным меккам ночного веселья.

После среды, переходящей в четверг, можно столь же плавно перетечь в клуб "Территория", прославившийся когда-то своими четвергами в азиатском стиле. Танцующие на коврах и подушках девушки напоминают пери, а главный заводила Назим – маленький местный бог в этом царстве.

Прежде в Арт-кафе "Сад" были потрясающие вечеринки: спасающие от душных помещений открытые концерты, проходящие действительно в саду; показы одежды, перформансы, выставки и пр. Можно было, сидя на дастархане, увидеть успешного художника, мечту семиклассниц; спивающегося, менее удачливого стилиста, потому что он пришел на модный показ, пару красивых моделей (которые здесь по той же причине, что и стилист), привычно чурающихся мира творческих людей. Так "Сад", чудное место у Третьяковки, собирал у себя совершенно, казалось бы, не соединяемых людей.

Ныне эту нишу занял "F.A.Q.-кафе" - клуб, где в туалете показывают мультфильмы, а режиссер этих картин уплетает мидии на специальной кровати для вип-гостей, вверху, напротив и на диванчике внизу мирно спит искусствовед - единственный русский, проживающий в Венеции долгих лет пятнадцать.

Легче всего дождаться балканских танцев в "Апшу" или "Проекте Оги" - на концерте групп "Добра ночь" или "Дробинска", к примеру. Поэт-цыган в красной рубашке, эффектно зашедшийся в жгучем чардаше на столе, московские и питерские концептуалисты, лезущие его снимать, старающиеся не потерять при этом остатки элегантности, издатели и владельцы журналов (газет-пароходов), иностранные журналисты, случайно забредшие на афтер-пати из "Пропаганды" голубые танцоры.

В общем, это не в Греции все есть. Все есть здесь, в нескольких километрах, а иногда и метрах от дома. Главное - знать маршруты. А остальное – все как в любое время и в любом месте: в марсельском ли порту в начале ХХ века, в Нью-Йоркском фрик-клубе конца восьмидесятых или в лондонском хард-рок-кафе.